"АльянсДрев",г.Чернигов отзывы сотрудников и клиентов

Пятнадцатого февраля две тысячи двадцать четвертого года. Пухов Александр Олегович, г. Ярославль / г. Кронштадт. (Допустим, он - это яркий солнечный день, а она - тёмная таинственная ночь. У него переизбыток знойного солнца в волосах и яркое безоблачное светлое голубое небо в глазах; у неё в глазах яркие манящие звезды, а в волосах таинственная тёмная ночь. Мне искренне кажется, что, говоря со вселенной, Я не мог бы выразить себя в эффективную формулу лучше этих собирательных образов...) / Конечно, если Вы позволите, то Я и сейчас продолжу следовать своему фирменному стилистическому методу повествования. Сначала Я вновь исключительно поверхностно изложу некоторые факты и обстоятельства, а затем с некоторой желаемой откровенностью между строк выскажу Вам свое "центробежное" мнение. Опять же, хочется сделать акцент именно на этом, здесь совершенно нет ничего оригинального и необычного, кроме этого метода и объяснения, которое Я вам обязательно постараюсь дать между всеми строками и буквами. Возможно, это как-то странно и неправильно, но это именно так как есть. Главное и "центробежное" (в том числе подробные факты крупным планом) здесь сочетается/переплетается с информацией, подчас сведенной к самому возможному минимуму (этот факт иногда даже совсем необъясним). Я знаю. Некоторые предложения из моих сообщений Вам имеют отвратительную тенденцию принципиально "смещать в сторону неподготовленного читателя". Удивительно, но иногда даже мне искренне кажется, что Я подчас совершенно не знаю того, что произойдёт и что придется рассказать Вам по факту произошедшего. Именно поэтому на Вас иногда и выливается вся эта совершенно неорганизованная масса информации: подчас только лишь и только одни доминирующие крупные детали, из которых ничего или почти ничего не понятно, потому что вместе с этим более широкая перспектива неизбежно ускользает от Вас.

Окружающая современная российская действительность (для кого-то местами совсем уж чудовищная и беспощадная) сама по себе заставляет (в том числе на праздном досуге) поразмыслить о невероятной малости и всепоглощающей бессмысленности человеческой жизни (среднестатистического русского человека в особенности). Но нам нужно на мгновение остановиться. Место и факт: современный российский город Ярославль крайне холодной зимой, крайне и крайне мнительной и созерцательной лунной зимней холодной ночью. Только уж здесь (в ночном холодном небе) слишком и слишком мало ярких звезд, мой внимательный друг. Крайне и крайне стеснительная луна почти совсем спряталась за чёрной занавеской в половину третьего ночи, и здесь уже совсем мало что можно увидеть из интересного. Но встревоженный автор в эти исторические мгновения вполне может игнорировать все эти декоративные вещи, которые всё-таки являются некоторыми (интересными) фактами. Человек может видеть яркие звезды даже тогда, когда он их не видит в реальности, и наоборот, не видеть (в том числе принципиально) многих и многих других некоторых объективных вещей, которые видят все остальные. Знаешь, откуда эта распространенная иллюзия, мой внимательный друг? Мы отчётливо понимаем это тогда, когда по очередному крайне неудачному стечению жизненных обстоятельств вдруг оказываемся на крючке у Господа Бога, собственной судьбы и истории, и драматически зависаем лишь на одном судьбоносном поступке из многих, которые совершаем в течении своей жизни. Я знаю. Начинаю исподволь "смещать в сторону неподготовленного читателя". Окружающая современная российская действительность: она очень любит в подходящем моменте держать нас на своём крайне проржавевшем крючке и подвешивать нас к этому позорному столбу на протяжении всего нашего и без того душераздирающего существования, как если бы все это было сложено в финальной сцене в одном отдельно взятом театральном драматическом акте. Личности, которые кажутся предопределениями!

Персональный маленький мир расстроен исключительными событиями. Окружающая современная российская действительность - сестра хаоса. Вчера (четырнадцатого февраля две тысячи двадцать четвертого года) Я был буквально опустошен! Праздничным вечером ей стало совсем плохо и вновь по нашему элитному адресу неспешно приезжала среднестатистическая современная российская скорая помощь. Она вновь отказалась добровольно "госпитализироваться". Но не думайте, что я при этом виню её. Однако иногда я задаюсь вопросом: всегда ли в родном доме болеть явно лучше?. Ближе к ночи после длительного освежающего и расслабляющего (как сама вскользь сообщила мне без какого-либо игривого праздного хвастовства) душа она была словно в трансе, её взгляд был всё время устремлён на яркий экран собственного iPhone. Взгляд ее прекрасных лазурных/голубых глаз был устремлён именно туда. Однако молодая и красивая женщина не всегда держала в секрете все эти свои болезненные размышления. Очень легко сейчас говорить, красочно и увлекательно вспоминать, как человек у которого сейчас отсутствует какая-либо острая головная боль. Однако Я должен сейчас спросить себя: правильно ли Я вчера поступил, что ушёл спать не выполнив парочку её сугубо бытовых просьб в мой адрес. / Отключение от сети / Ранним утром в Ярославском разряженном воздушном пространстве раздались очень громкие детские голоса, которые доносилось с моей лестничной площадки, а также доселе незнакомый мне какой-то душераздирающий собачий вой непонятно с какого этажа. Я слышал всё это после своего внезапного пробуждения. Я знаю. Опять этот порезанный палец на левой руке. Я знаю. За четыре последних дня все стало очень серым и безжизненным, холодным и безмолвным, словно погребенным под толстым покровом плотного ледяного снега, который, кажется, сейчас не способна растопить никакая потенциальная весна! Она в эти мгновения была занята приготовлением своего знаменитого ликера из травы, название которой Я всё время забываю.

Восемнадцать - Восемнадцать. Современный Ярославль как необходимое условие самоутверждения. Покорение расстояний. Прошло уже два года с того праздничного собрания. Очень многое изменилось с тех пор, но столько же осталось и неизменным. Два года. Все это действительно является для меня глобальным прецедентом... Однако в жизни некоторых моих друзей за это время тоже произошли важные изменения. // Очевидно, он прекрасно осознавал, что произошло в декабре двумя годами ранее... // Думаю, что эта неоднократно заявленная, не только "сильная", но и крайне излюбленная, мною тема "абсолютной заброшенности и исторического отдаления" от родного Санкт-Петербурга/Кронштадта должна сделать свой следующий логический шаг и из просто повествовательной темы стать настоящим композиционным принципом всех моих последующих "публичных произведения". Я знаю. Современный Санкт-Петербург - страшная изуродованная временем и пространством цивилизационная "чёрная дыра". Нельзя просто так взять и уйти из родных мест, нужно именно "выйти", "перезагрузиться", переступив при этом определённые сложившиеся социальные и культурные границы, разорвав по возможности при этом круг отсталости, условностей, собственных мнительных колебаний, привычек, наконец, законов этого "родного места" - крупнейшего современного российского мегаполиса. Русские, которым не под силу подвиг Станислава Курилова, с которым Я себя вовсе не сравниваю даже опосредованно/фантазийно, часто остаются там в страшном и непреодолимом заключении: "но всё-таки , как видите, есть и те, кто решительно сбегает несмотря ни на что". Думаешь, что мне хочется в этом моменте поставить рингтон на свой смартфон в виде стихов бывшего министра Улюкаева о жизни в современной России?. Я этого делать не буду. В моей душе сейчас совсем иная музыка. (Допустим, он - это яркий солнечный день, а она - тёмная таинственная ночь. У него переизбыток знойного солнца в волосах и яркое безоблачное светлое голубое небо в глазах; у неё в глазах яркие манящие звезды, а в волосах таинственная тёмная ночь. Мне искренне кажется, что, говоря со вселенной, Я не мог бы выразить себя в эффективную формулу лучше этих собирательных образов...) / В моей жизни все должно было быть именно так, никак иначе... сбежать от прежней жизни, ставшей настоящей тюрьмой, решетки которой были так прочно заколочены всевозможными бесчисленными жизненными обстоятельствами.

Пожалуйста, скажите, где и зачем проявляется тот внутренний абсолют, идеал, который объединяет патологическую привязанность всех этих бедных/потерянных "персонажей изжившей себя сцены" к своей формальной "родине", в которой они вынужденно существуют и обитают, подчас с исключительным терпением и упорством, но также и с обречённой покорностью тех, кто не может и не знает, что делать дальше и как стремиться к лучшей жизни и лучшему будущему. Когда этот маленький родной мир разорен исключительными событиями и обстоятельствами - похлеще пресловутых гриппа с COVID - они опять и опять возвращаются, чтобы отстроить его по возможности так же, как и прежде, подобно несгибаемым муравьям, которые отстраивают свой разоренный муравейник, разрушенный рассеянным и (или) жестоким путником. Как-то давным-давно Я представлял себя в условиях начавшейся второй мировой войны. Конечно же, меня часто в этом случае исподволь посещали непреодолимые манящие скрытые фантазии по поводу того, что Я добровольно вступил бы в этом случае в "Войска Ваффен-СС". Может быть Я даже повстречал бы Олимпиаду Полякову и по достоинству оценил бы её дневники. В силу своей натуры Я никогда бы не стал отсиживаться в стороне, но ни за что бы не встал на сторону "кукольного театра"/никогда не любил идиотов, особенно в кульминационные моменты какой-либо и чьей-либо драмы... Какой бесполезный глобальный "сизифов труд", затерянный во времени и пространстве, и в некотором смысле подобная - жизнь на стороне "идиота" - моя персональная приверженность в этом "месте имения" являлась бы одновременно и виной, и банальной необходимостью. / Возвращаясь в реальный мир, где сегодня несколько поникли мои энтузиазм и радость: попросив взамен часть себя, я согласился, что какая же сейчас отвратительная современная российская среднестатистическая скорая помощь... У нее до сих пор отёк гортани из-за этого проклятого азиатского COVID // Удивительно, но даже сейчас насколько Я спокоен и доволен текущей жизнью: мне нравится думать и представлять, что это своего рода "божественное волшебство", которое затрагивает мою жизнь в этот особый момент, делая ее уникальной и незабываемой! Я не понимаю, почему мне всё прощает Господь Бог и постоянно меня выручает...

Пятнадцатого февраля две тысячи двадцать четвертого года. Пухов Александр Олегович, г. Ярославль / г. Кронштадт. (Допустим, он - это яркий солнечный день, а она - тёмная таинственная ночь. У него переизбыток знойного солнца в волосах и яркое безоблачное светлое голубое небо в глазах; у неё в глазах яркие манящие звезды, а в волосах таинственная тёмная ночь. Мне искренне кажется, что, говоря со вселенной, Я не мог бы выразить себя в эффективную формулу лучше этих собирательных образов...) / Конечно, если Вы позволите, то Я и сейчас продолжу следовать своему фирменному стилистическому методу повествования. Сначала Я вновь исключительно поверхностно изложу некоторые факты и обстоятельства, а затем с некоторой желаемой откровенностью между строк выскажу Вам свое "центробежное" мнение. Опять...